Я начала свой путь в психологии в 2004 году — с работы с трудными подростками в закрытой школе. Тогда я думала, что моя задача — помогать детям. Но очень быстро я поняла одну важную вещь: сколько бы я ни работала с ребёнком, он возвращается в ту же среду, к тем же родителям, к тем же сценариям. И всё, что мы делали на сессиях, рассыпается за один вечер дома.
Тогда я решила: я не могу помочь детям без работы с их родителями. Так я пришла к тому, что моя миссия — помогать взрослым женщинам. Потому что, когда мама дышит свободно, когда она выбирает себя, когда она перестаёт жить по чужому сценарию — у её детей просто нет шанса получить этот сценарий в наследство. Так прерывается процесс передачи травмы. И это стало моим профессиональным смыслом.